VII. Конференция союзников. 2 глава

VII. Конференция союзников. 2 глава

После нескольких приветливых слов младшим бюрократам и офицерам, входящим в состав французской миссии, Николай II уходит. И аудиенция кончена.

На оборотном пути в Петроград я наблюдаю у лорда Мильнера, у Шалойа, у Думера одно и то же разочарование от всей этой церемонии.

Внутренне я думаю о том эффекте, который извлек бы из VII. Конференция союзников. 2 глава таких событий монарх, увлеченный своим делом, напр., Фердинанд Болгарский. Я представляю для себя всю игру вопросов и инсинуаций, намеков и претензий, излияний и лести, которой предался бы он. Но правитель, как я уже нередко замечал это, не любит на самом деле собственной власти. Если он ревниво VII. Конференция союзников. 2 глава защищает свои самодержавные прерогативы, то это только по причинам магическим. Он никогда не запамятывает, что получил власть от самого бога и повсевременно задумывается об отчете, который он должен будет дать в равнине Иосафата. Эта концепция его державной роли совсем обратна той, которую внушило Наполеону известное воззвание Редерера:

"Я люблю власть; но VII. Конференция союзников. 2 глава я ее люблю, как живописец; я люблю ее, как музыкант любит свою скрипку, чтобы извлекать из нее звуки, аккорды, гармонии"...

Добросовестность, человечность, кротость, честь,- таковы, кажется мне, выдающиеся плюсы Николая II, но ему не хватает божественной искры.

Четверг, 1 февраля.

Я пригласил на завтрак Коковцева, Трепова, генерала Гурко, Думера и VII. Конференция союзников. 2 глава генерала Кастельно.

Оживленный и сердечный разговор. На сей случай Коковцев упрятал глубже собственный очень легитимный пессимизм. Трепов гласит откровенно об опасностях внутреннего кризиса, который переживает Наша родина; но в его словах, а еще более, может быть, в его личности такая сила энергии и повелительности, что зло кажется просто поправимым VII. Конференция союзников. 2 глава. Генерал Гурко выказывает себя еще больше быстрым, чем заурядно. Я чувствую, что вокруг меня реет животворная атмосфера, принесенная Думером и Кастельно из Франции.

В три часа заседание конференции в Мариинском дворце; мы заседаем в большенном круглом зале, выходящем окнами на Исаакиевскую площадь.

Покровский председательствует; но его неопытность в дипломатичных делах VII. Конференция союзников. 2 глава, его кротость, его скромность мешают ему вести совещание, которое несется по течению. Молвят о Греции, Стране восходящего солнца, Сербии, Америке, Румынии, скандинавских странах и пр. Все это без последовательности, без руководящей идеи, без практического вывода. Пару раз лорд Мильнер, с которым я сижу рядом, нетерпеливо шепчет VII. Конференция союзников. 2 глава мне на ухо:

- We are wasting time! Мы теряем наше время.

Но вот председатель дает слово начальнику Штаба Верховного Главнокомандующего.

Своим гулким и прерывающимся голосом генерал Гурко читает нам ряд вопросов, которые он желает предложить конференции в области военных операций.

1-ый вопрос приводит нас в изумление, потому что он формулирован VII. Конференция союзников. 2 глава в последующих выражениях: "Должны ли будут кампании 1917 года иметь _р_е_ш_и_т_е_л_ь_н_ы_й_ _х_а_р_а_к_т_е_р? Либо не следует ли отрешиться достигнуть окончательных результатов в течение этого года?"

Все делегаты, французские, английские и итальянские, энергично настаивают VII. Конференция союзников. 2 глава на том, чтобы были начаты сильные и согласованные пришествия на разных фронтах в может быть кратчайший срок.

Но генерал Гурко дает нам осознать, что российская армия не в состоянии будет начать огромное пришествие до того, как будет подкреплена шестьюдесятью новыми дивизиями, сформирование которых было не так давно решено. А VII. Конференция союзников. 2 глава для того, чтобы эти дивизии составить, научить и снабдить всем нужным материалом, пригодятся долгие месяцы, может быть, год. До того времени российская армия в состоянии будет начать только второстепенные операции, которых, но, довольно будет для того, чтобы удержать неприятеля на восточном фронте.

Вопрос очень серьезен, чтоб конференция пожелала высказаться без целевого представления VII. Конференция союзников. 2 глава генералов.

Другие вопросы, которые прочитывает нам генерал Гурко, являются только следствием первого либо имеют отношение к задачкам технического нрава. Потому весь перечень вопросов передается на рассмотрение в военную комиссию.

Суббота, 3 февраля.

Правитель принял сейчас в особенной аудиенции первых делегатов конференции. Думер энергично высказался за необходимость ускорения общего пришествия VII. Конференция союзников. 2 глава. Правитель ответил:

- Я полностью с вами согласен.

Я предпочел бы согласие наименее абсолютное, более оттененное, умеренное даже несколькими возражениями.

Думер затронул потом вопрос о левом береге Рейна. Он основательно развил все стороны: политическую, военную, экономическую этого принципиального вопроса, который царствует, так сказать, в нашей государственной истории, так как VII. Конференция союзников. 2 глава он ставился меж Францией и Германией уже в эру Лотара, и над известным "контрактом о дележе", подписанным в Вердене в 1843 г., нам полезно помыслить к тому же сейчас.

После внимательного рассмотрения Николай II признал законность гарантий, которых мы требуем, и обещал способствовать тому, чтобы они были включены в мирный контракт VII. Конференция союзников. 2 глава.

Думер заявил потом, что союзники должны могли быть столковаться на счет того, чтобы не признавать за Гогенцоллернами права гласить от имени Германии, когда наступит время для переговоров. Эта мысль, которую правитель издавна лелеял и о которой он пару раз гласил со мной, и он обещал Думеру поручить разглядеть VII. Конференция союзников. 2 глава вопрос с точек зрения исторической и юридической собственному министру зарубежных дел.

Дальше обменялись несколькими словами о будущем союзе, о братских эмоциях, соединяющих с этих пор и навечно Францию и Россию, и пр. После чего аудиенция кончилась.

В восемь часов парадный обед в Александровском дворце. По правде сказать, торжественность выражается VII. Конференция союзников. 2 глава исключительно в ливреях, освещения и серебре; меню отличается последней простотой, совсем буржуазной простотой, которая составляет контраст обычной роскоши императорской кухни, но к которой заставляют моральные обязательства во время войны.

У царя лицо, какое бывает у него в отличные деньки: он страшился, молвят мне, вроде бы делегаты не принудили VII. Конференция союзников. 2 глава его слушать какой-либо противный совет на счет внутренней политики; сейчас он спокоен. Королева больна и осталась в собственных апартаментах.

За столом правитель посиживает меж Бьюкененом вправо и Карлотти влево. Граф Фредерикс, министр Двора, занимает место напротив его величества; я сижу вправо от него, а вправо от меня князь Николай VII. Конференция союзников. 2 глава Голицын, председатель совета министров.

Старенькый и славный граф Фредерикс, очень утомленный летами, ведает мне, как он мучается от нападок прессы и салонных эпиграмм, которые представляют его германцем:

- Во-1-х, - гласит он мне, - моя семья не германского происхождения, а шведского; не считая того, она более столетия, с царствования Екатерины Величавой, находится VII. Конференция союзников. 2 глава на российской службе.

Поточнее будет сказать, что его семья родом из шведской Померании и отдала длиннющий ряд преданных слуг российского самодержавия. Он, как следует, отлично представляет ту касту "балтийских баронов", которые с царствования Анны Иоанновны управляют Россией, все очень преданные лично царям, но имеющие не достаточно общего с российской душой VII. Конференция союзников. 2 глава и практически все имеющие родственников на военной либо штатской службе в Германии. Привязанность к династии Романовых у их не только лишь традиция и домашняя добродетель: это смысл их существования.

Потому меня не поражает доверчивое заявление, изготовленное мне за десертом графом Фредериксом:

- Конференция должна была бы прийти к соглашению VII. Конференция союзников. 2 глава на счет того, чтоб после войны союзники взаимно оказывали друг дружке помощь в случае внутренних беспорядков. Мы все заинтересованы в том, чтобы биться с революцией.

Он не ушел далее священного союза; он отстал только всего на одно столетие: О, sancta et senilis simplieitas!

В конце концов, обед кончается. Перебегают в VII. Конференция союзников. 2 глава смежный салон, где подано кофе.

Правитель закуривает папиросу и перебегает от одной группы к другой. Лорд Мильнер, Шалойа, Думер, генерал Кастельно, лорд Ревелсток, генерал Руджиери, генерал Вильсон, трое послов, по очереди удостаиваются нескольких разлюбезных слов, но больше ничего, потому что он длительно не остается ни с кем VII. Конференция союзников. 2 глава.

Пока развертываются эти поверхностные дискуссии, императрица по очереди воспринимает в собственном апартаменте первых делегатов. Она была очень разлюбезна с Думером и произнесла ему в заключение: "Пруссия должна быть наказана".

Несколько ранее 10 часов Николай II ворачивается на середину салона, потом делает символ министру Двора и самой разлюбезной собственной ухмылкой прощается с VII. Конференция союзников. 2 глава присутствующими.

Пн, 5 февраля.

У меня завтракают: Думер, председатель Думы Родзянко, председатель румынского совета министров Братиано, несколько членов Муниципального Совета, в том числе граф Алексей Бобринский и Миша Стахович, финансист Путилов и пр.

Не считая Путилова, который замкнулся в сладкоречивом молчании, все мои российские гости обнаруживают оптимизм, от которого они VII. Конференция союзников. 2 глава были очень далеки всего некоторое количество дней тому вспять. Вобщем, со времени прибытия зарубежных делегатов, то же жизнеутверждающее течение циркулирует в петроградском обществе. Но, как досадно бы это не звучало, как они уедут, барометр снова опустится до самой низшей точки. Ни один люд не поддается так просто воздействию и VII. Конференция союзников. 2 глава внушению, как люд российский.

Братиано сносит с восхитительной твердостью души несчастье собственной родины и бремя собственной личной ответственности. Несчастье делает его величавым.

Сейчас вечерком большой обед на 100 пятнадцать устройств в Военном клубе. Чтоб заседать на дипломатичной конференции, 1-ое условие - иметь неплохой желудок. Уходя, я повторяю лорду Мильнеру VII. Конференция союзников. 2 глава его фразу, сказанную им на деньках:

- We are wasting time! Мы теряем свое время.

Среда, 7 февраля.

Работы конференции проходят неинтересно. Из всего этого дипломатичного словоизвержения не выходит никакого хорошего результата. К примеру, отыскивают формул, чтобы побудить Японию прирастить свою помощь.

Одна только техно комиссия по снаряжению и транспорту делает полезную работу. Но VII. Конференция союзников. 2 глава потребности российского генерального штаба превосходят все предвидения, а его требования еще превосходят его потребности. Вопрос, по-моему, не столько в том, чего Рф недостает, сколько в том, чтобы проверить, что она способна утилизировать. Для чего ей посылать пушки, пулеметы, снаряды, аэропланы, которые нам так необходимы, если у VII. Конференция союзников. 2 глава нее нет ни способности доставить их на фронт, ни воли пользоваться ими?

Меж генералом Кастельно и генералом Гурко полное доверие. Генерал Кастельно настаивает на том, чтобы российское пришествие началось к 15 апреля, чтоб совпасть с французским пришествием; но генерал Гурко считает неосуществимым начать операцию в значимом масштабе ранее 15 мая...

Четверг, 8 февраля VII. Конференция союзников. 2 глава.

Я пробую доставить Думеру может быть полный обзор российского общества, знакомя его с самыми соответствующими представителями его. Сейчас с утра я собираю вокруг него за моим столом: генерала Поливанова и величавого математика Васильева, либеральных членов Муниципального Совета, также Милюкова, Маклакова и Шингарева, фаворитов кадетской партии в Думе.

Разговор, очень свободный VII. Конференция союзников. 2 глава и оживленный, касается приемущественно внутренней политики.

Одно мгновение Думер, считая, что мои гости очень возбуждены, очень уже рвутся начать бой с царизмом, проповедует им терпение.

При одном слове "терпение", Милюков и Маклаков вскакивают, как ошпаренные:

- Достаточно терпения!... Мы истощили все свое терпение... Вобщем, если мы не перейдем VII. Конференция союзников. 2 глава скоро к действиям, массы закончат нас слушать.

И Маклаков вспоминает слова Мирабо: "Берегитесь просить отсрочки. Несчастье никогда ее не ожидает".

Думер очень благоразумно продолжает:

- Я гласил о терпении, а не о покорности... Я понимаю ваши волнения, вашу досаду и крайнюю, затруднительность вашего положения. Но сначала думайте о войне!

Я VII. Конференция союзников. 2 глава замечаю, что Маклаков, уроженец Москвы, депутат Москвы, тип истого москвича, не гласит никогда _П_е_т_р_о_г_р_а_д, а _П_е_т_е_р_б_у_р_г, и я спрашиваю его, почему.

- Поэтому, что его истинное имя Петербург; это - германский город, который не имеет права называться VII. Конференция союзников. 2 глава славянским именованием. Я буду именовать его Петроградом, когда он это заслужит...

Пятница, 9 февраля.

Князь О. прибыл из Костромы, где у него большие дела в области сельского хозяйства и мануфактурного производства. Старенькый город Кострома, который возвышается на левом берегу Волги меж Ярославлем и Нижним Новгородом, богат мемуарами: он когда-то VII. Конференция союзников. 2 глава служил убежищем и оплотом для Романовых; в нем хранится в именитом Ипатьевском монастыре останки геройского крестьянина Сусанина, легенда о котором прославлена "Жизнью за царя". Это - одна из числа тех губерний империи, где династический лойялизм более живуч, где сохраняются в большей неприкосновенности наследные наклонности, публичные привычки и VII. Конференция союзников. 2 глава национальные чувства российского народа. Мне потому любопытно знать настроение разумов в этом районе. К тому же мне идеальнее всего обратиться к князю О., так как он отличается уменьем говорить с мужчинами. На мои вопросы он отвечает:

- Плохо... Утомились от войны; ничего больше в ней не понимают, не считая того VII. Конференция союзников. 2 глава, что победа невозможна. Но, еще не требуют мира. Я ощущал везде невеселое и преданное недовольство... Убийство Распутина произвело сильное воспоминание на массы.

- А! А какого рода воспоминание?

- Это очень увлекательное явление и свойственное для российской традиции. Для мужчин Распутин стал страдальцем. Он был из народа; он доводил до царя глас народа VII. Конференция союзников. 2 глава; он защищал люд против _п_р_и_д_в_о_р_н_ы_х: и вот придворные его уничтожили. Вот что повторяется во всех избах.

- Но в Петрограде люд был в экстазе, узнав о погибели Гришки. Кинулись даже в церкви возжигать свечки перед иконой св. Димитрия, так как тогда задумывались VII. Конференция союзников. 2 глава, что величавый князь Димитрий убил "собаку".

- В Петрограде очень отлично знали об оргиях Распутина. И позже, радуясь его погибели, они в неком роде манифестировали против правителя и императрицы. Но я представляю для себя, что, в общем, все российские мужчины задумываются, как костромские...

Суббота, 10 февраля.

Братиано сейчас вечерком покинул Петроград VII. Конференция союзников. 2 глава, чтоб возвратиться прямо в Яссы.

Когда он пришел попрощаться со мной, я отыскал его в духовном состоянии, которое делает ему честь, т.е. размеренным, печальным и решительным. Ни одной напрасной жалобы; никакой пробы личной защиты. Он лицезреет и судит положение с совершенной объективностью; он, вобщем, заявил, что он VII. Конференция союзников. 2 глава очень доволен различными беседами, которые он имел с министрами правителя и членами междусоюзной конференции. Но в особенности он рад был внимательному и сердечному доверию, которое выказал ему генерал Гурко: он очень умен, чтобы не увидеть, что вся политика Рф по отношению к Румынии находится с этого момента в VII. Конференция союзников. 2 глава прямой зависимости от военного верховного командования и он очень ловко сдружился с начальником штаба. У меня, но, не остается воспоминания, чтоб во время собственных переговоров с генералом Гурко он успел достигнуть практического результата по двум вопросам, встающим в текущее время во всей их величайшей неотложности: 1) о снабжении продовольствием штатского населения Молдавии VII. Конференция союзников. 2 глава; 2) о возобновлении операций в северных Карпатах и в районе Дуная.

Меня убеждают, что во время собственного пребывания в Петрограде Братиано запросил правителя о его вероятном согласии на брак величавой княгини Ольги с царевичем Каролем, возможным наследником. Проект этого брака выдвигался уже пару раз. Ответ правителя был достаточно благорасположенен VII. Конференция союзников. 2 глава: "Я не буду возражать против этого брака, если моя дочь и царевич Кароль понравятся друг дружке".

Пн, 12 февраля.

Пользуясь тем, что генералы уехали оглядеть галицийский фронт, штатские делегаты конференции осматривали Москву.

Вторник, 13 февраля.

Одиннадцать рабочих, входящих в состав центрального комитета военной индустрии, арестованы по обвинению в том, что они "подготовляли VII. Конференция союзников. 2 глава революционное движение, имеющее целью объявление республики".

Аресты этого рода нередки в Рф; но обычно публика о их ничего не знает. После потаенной процедуры обвиняемые заключаются в муниципальную кутузку либо ссылаются вглубь Сибири; ни одна газета об этом не гласит; нередко даже семья не знает, что сталось VII. Конференция союзников. 2 глава с исчезнувшими. И молчание, обычно окружающее эти недлинные экзекуции, много способствовало установлению катастрофической репутации "охранки". Сейчас отказались от потаенны. Сенсационное сообщение возвестило прессе арест одиннадцати рабочих. Протопопов желал таким методом обосновать, что он занят спасением царизма и общества.

Суббота, 17 февраля.

Генерал Бертело, глава французской военной миссии в Румынии, только VII. Конференция союзников. 2 глава-только прибыл в Петроград для совещания с генералом Кастельно и генералом Гурко.

Вот уже четыре месяца, как генерал Бертело практически управляет операциями и реорганизацией румынской армии. При самых неблагоприятных, самых отчаянных критериях он всем внушал почтение собственной рассудительной и методической активностью, своим прохладным умой, собственной постоянной и заразной уверенностью VII. Конференция союзников. 2 глава, собственной упрямой и размеренной энергией. Когда Румыния оправится от собственного реального тесты, он окажется одним из наилучших работников по ее восстановлению...

Вторник, 20 февраля.

У меня завтракают в строго интимном кругу Думер и генерал Кастельно. Потому что они - тонкие сладкоежки и их происхождение связывает 1-го с Лангедоком, другого с Гасконью, я VII. Конференция союзников. 2 глава их угощаю буйабессом по-фокайски, кассу летом по-тулузски, сальми из рябчиков по-провансальски, белоснежными грибами по-бордоски, все" это орошенное шато икемом и мутон-д'армайак.

Мы вспоминаем период, предшествовавший войне. Думер, прошлый в то время председателем совета министров и министром зарубежных дел, один из первых, кто VII. Конференция союзников. 2 глава увидел, кто согласился узреть угрожавшую реальность.

После завтрака я расспрашиваю генерала Кастельно о впечатлениях, какие он вынес с фронта и о ценности содействия, какого мы можем ожидать от Рф.

- Дух войск, - гласит он, - показался мне потрясающим; люди сильны, отлично вытренированы, полны мужества, с красивыми светлыми и смиренными очами... но высшее VII. Конференция союзников. 2 глава командование плохо скооперировано, вооружение совсем недостающее, служба транспорта вожделеет многого. И что может быть еще важнее, так это - слабость технического обучения. Недостаточно освободились от устаревших способ; российская армия отстала больше чем на год от наших западных армий; она с этого момента неспособна провести пришествие в большенном масштабе...

Среда, 21 февраля VII. Конференция союзников. 2 глава.

После нескончаемой серии завтраков, обедов, приемов в посольстве, в министерстве денег, в русско-французской Торговой Палате, в квартире председателя совета министров, в городской думе, у величавой княгини Марии Павловны, в яхт-клубе и проч. зарубежные делегаты отправляются, в конце концов, назад на Запад... через арктический Ледовитый океан.

Итог этой VII. Конференция союзников. 2 глава конференции, вокруг которой было сразу столько таинственности и столько шума, небогатый. Обменялись воззрениями о блокаде Греции, о дефицитности японской помощи, о возможной ценности южноамериканского вмешательства, о критичном положении Румынии, о необходимости более тесноватого и поболее реального соглашения меж союзниками; измерили большие потребности российской армии в области вещественной и столковались по VII. Конференция союзников. 2 глава способности удовлетворить их. Вот и все.

Когда Думер и генерал Кастельно пришли попрощаться со мной, я отдал им поручение.

- Благоволите передать от моего имени г. президенту республики и г. председателю совета министров, что вы меня оставляете в большой тревоге. В Рф готовится революционный кризис; он чуток было не разразился VII. Конференция союзников. 2 глава 5 недель тому вспять; он только отложен. С каждым деньком российский люд больше утрачивает энтузиазм к вояке, и анархистский дух распространяется во всех классах, даже в армии. Примерно в конце октября в Петрограде произошел очень показательный инцидент, о котором я осведомил г. Бриана. На Выборгской стороне вспыхнула забастовка, и милиция была VII. Конференция союзников. 2 глава очень истрепана рабочими; вызвали два пехотных полка, расквартированных по соседству. Эти два полка стреляли в полицию. Пришлось поспешно вызвать дивизию казаков, чтоб образумить мятежников. Как следует, в случае восстания нельзя рассчитывать на армию... Мой вывод, что время больше не работает на нас, по последней мере, в Рф, что мы VII. Конференция союзников. 2 глава должны уже сейчас предугадать банкротство нашей союзницы и сделать из этого все нужные выводы. - Я более вас пессимистичен, - отвечает мне Думер, - я не только лишь передам все ваши слова г. президенту республики и г. Бриану, но я их подтвержу.

Пятница, 23 февраля.

Чуть зарубежные делегаты покинули Петроград VII. Конференция союзников. 2 глава, как горизонт на Неве опять омрачился.

Муниципальная Дума должна возобновить свои занятия в ближний вторник, 27 февраля, и это вызывает возбуждение в промышленных районах. Сейчас агитаторы обошли Путиловские фабрики, балтийские верфи и Выборгскую сторону, проповедуя всеобщую стачку для протеста против правительства, против голода, против войны.

Волнение так очень, что военный губернатор столицы повелел VII. Конференция союзников. 2 глава расклеить афиши, воспрещающие скопища и извещающие население, что "всякое сопротивление власти будет немедля подавлено силой орудия".

Сейчас вечерком я даю обед величавой княгине Марии Павловне и ее отпрыску, величавому князю Борису. Другие мои гости: Сазонов, прошлый засол в Вене Шебеко, княгиня Мария Трубецкая, княгиня Белосельская, князь Миша Горчаков VII. Конференция союзников. 2 глава с женой, жена князя Станислава Радзивила, г. и г-жа Половцовы, граф Александр Шувалов с женой, граф Иосиф Потоцкий с супругою, г-жа Вера Нарышкина, граф Адам Замайский и мой персонал.

Величавая княгиня занимает за столом председательское место. Я сижу влево от нее, а Сазонов вправо; напротив нее величавый VII. Конференция союзников. 2 глава князь, а вправо от него супруга моего секретаря, виконтесса дю-Альгуэ, которая подменяет хозяйку дома, а влево от нее княгиня Мария Трубецкая.

За обедом мой разговор с величавой княгиней носит совсем поверхностный нрав и слова, которыми она обменивается с Сазоновым, того же рода.

Но, возвратившись в салон, она просит меня VII. Конференция союзников. 2 глава сесть около нее, и мы говорим более интимно. С очень убитым видом она заявляет мне, что должна послезавтра ехать в Кисловодск, на северном склоне Кавказа:

- Мне очень необходимы солнце и покой - гласит сна - мне. - Волнения ближайшего времени истощили меня. И я уеду с сердечком, полным ужаса... Что VII. Конференция союзников. 2 глава успеет произойти до того времени, пока я опять увижу вас? Так длиться не может!

- Дела идут не лучше?

- Нет. И как им идти лучше? Императрица полностью завладела царем, а она советуется только с Протопоповым, который каждую ночь спрашивает совета у духа Распутина... Яне могу вам сказать, до какой степени VII. Конференция союзников. 2 глава я свалилась духом. Со всех боков я все вижу в черном свете. Я жду наихудших несчастий... Но бог не может желать, чтобы Наша родина погибла.

- Бог поддерживает только тех, кто борется, и я никогда не слыхал, чтобы он помешал самоубийству. А ведь то, что на данный момент делает VII. Конференция союзников. 2 глава правитель, это истинное суицид для него самого, для его династии и для его народа.

- Но что все-таки делать?

- Биться! Недавнешнее вмешательство величавых князей не удалось: нужно его возобновить на более широких основаниях и, разрешите мне прибавить, в более суровом, наименее фрондирующем, более политическом духе... В Муниципальном Совете и в Думе есть VII. Конференция союзников. 2 глава, как вправо, так и влево, потрясающие элементы для организации сопротивления злоупотреблениям самодержавия. Если б все благоразумные люди и патриоты, заседающие в этих 2-ух собраниях, слились для общего дела публичного спасения; если б они равномерно, поочередно и твердо взялись обосновать императору, что он ведет Россию к пропасти; если VII. Конференция союзников. 2 глава б императорская фамилия столковалась, чтобы заговорить таким же языком, старательно избегая всякой тени потаенны и комплота; если б удалось сделать таким макаром в высших сферах страны единодушную волю к национальному возрождению, - я думаю, что Протопопов, Добровольский и вся камарилья императрицы скоро пали бы... Но нужно торопиться! Опасность близка; важен каждый VII. Конференция союзников. 2 глава час. Если спасение не придет сверху, революция произойдет снизу. А тогда это будет трагедия!

Она отвечает мне только обреченным жестом. Потом, вспомнив о собственной придворной роли, где она занимает 1-ое место, она приглашает несколько дам подойти к ней...

Пн, 26 февраля.

Продовольственное положение в Молдавии с каждым деньком усугубляется VII. Конференция союзников. 2 глава: румынская армия получает рацион ниже нормы, а штатское население погибает от голода.

По воззрению генерала Бертело, единственным выходом было бы пришествие к северу от Добруджи, которое высвободило бы рукав Дуная и открыло бы таким макаром путь для доставки продовольствия. Но генерал Гурко отрешается сделать это пришествие, которое кажется VII. Конференция союзников. 2 глава ему очень небезопасным и которое к тому же не согласуется с его стратегическими планами.

Румынское правительство, должно быть, осознает сейчас, какую гигантскую ошибку оно сделало, объявив войну германским державам и не урегулировав во всех подробностях вопрос о содействии, на которое оно могло рассчитывать со стороны российских. Не нужно было ожидать до VII. Конференция союзников. 2 глава 17 августа 1916 г., чтоб наскоро заключить военную конвенцию; генеральным штабам русскому и румынскому следовало еще в январе 1915 года столковаться о практических критериях вероятного союза; они тотчас констатировали бы, что жд сообщение меж обеими странами оказывается недостающим для военного транзита и что было надо бы, по последней мере, утроить VII. Конференция союзников. 2 глава число путей; тогда секретно подготовили бы эту работу, собрали бы материал, скомбинировали бы весь технический механизм и всю административную компанию, которые нужны для воплощения широкой программки перевозок.

В конце концов, к стольким неосторожностям и ошибкам не следовало добавлять неожиданного, неисправимого непризнания конвенции Рудеану.

Я коснулся некоторое количество дней тому VII. Конференция союзников. 2 глава вспять этого пикантного вопроса в общении с Братиано. Вот резюме его тезиса, который история оценит, когда у нее в руках будут все документы:

"Военная конвенция, которую полковник Рудеану подписал в Шантийли 23 июля с. г., была только проектом, представленным на утверждение румынского правительства. Главные решительные переговоры длилось в Бухаресте меж генералами VII. Конференция союзников. 2 глава Илиеско и полковником Татариновым. А ни тот, ни другой никогда не имели в виду плана русско-румынского вторжения на юг от Дуная, как постановлено было в Шантийли. Вобщем, разве этот план не был очень небезопасен? Забравшись на болгарскую местность, румынская армия оказалась бы в самом критичном положении, если б VII. Конференция союзников. 2 глава немцы, успев форсировать Карпаты, отрезали бы ей отступление по Дунаю... Что касается потаенных переговоров меж Бухарестом и Софией, то правильно, что Родославов делал Братиано косвенные заявления, предлагая нейтралитет Болгарии. Но эти предложения, в каких просто было распознать обыденное коварство царя Фердинанда, чуть заняли внимание румынского кабинета, и лично VII. Конференция союзников. 2 глава Братиано никогда не веровал, что Болгария остается нейтральной".

Среда, 28 февраля.

На какую ни стать точку зрения - политическую, интеллектуальную, нравственную, религиозную - российский представляет всегда феноминальное явление лишней покорности, соединенной с наисильнейшим духом возмущения.

Мужчина известен своим терпением и фатализмом, своим благодушием и пассивностью, он время от времени поразительно великолепен в собственной VII. Конференция союзников. 2 глава кротости и покорности. Но вот он вдруг перебегает к протесту и мятежу. И тотчас его неистовство доводит его до страшных злодеяний и беспощадной мести, до пароксизма преступности и дикости.

Таковой же контраст в области религиозной. Изучая историю и теологию российской православной церкви, "настоящей церкви Христовой", приходится признать соответствующими VII. Конференция союзников. 2 глава ее чертами: ограниченный дух, незыблемую неподвижность догмы, почтение к канонам, огромное значение формул и обрядов, рутинную набожность, пышноватый церемониал, импозантную иерархию, кроткую и слепую покорность верующих. Но вместе с этим мы лицезреем в большой секте раскольников, отделившейся от официальной церкви в XVII веке и насчитывающей не меньше одиннадцати миллионов последователей, упразднение VII. Конференция союзников. 2 глава священства, грозный облегченный культ, отрицательный и разрушительный радикализм. Бессчетные секты, в свою очередь, отделившиеся от раскола - хлысты, духоборы, странники, поморцы, душители, молокане, скопцы - идут еще еще далее. Здесь бескрайний индувидуализм: никакой организации, никакой дисциплины; разнузданный разврат; все фантазии и все заблуждения религиозного чувства, абсолютная анархия.

В области личной морали, личного VII. Конференция союзников. 2 глава поведения равным образом проявляется эта двоякая натура российского. Я не знаю ни одной страны, где публичный контракт больше пропитан обычным и религиозным духом; где домашняя жизнь серьезнее, патриархальнее, более заполнена нежностью и привязанностью, более окружена интимной поэзией и почтением; где семейные обязанности и тяготы принимаются легче; где VII. Конференция союзников. 2 глава с огромным терпением переносят стеснения, лишения, проблемы и мелочи ежедневной жизни. Зато ни в какой другой стране личные возмущения не бывают так часты, не разражаются так в один момент и так шумно. Тут хроника романических злодеяний и светских скандалов изобилует поразительными примерами.

Нет излишества, на которые не могли быть способны VII. Конференция союзников. 2 глава российский мужик либо российская дама, едва они решили "утвердить свою свободную личность".

Пятница, 2 марта.

Удар кнута, который лупила конференция союзников для российской администрации либо, по последней мере, для петроградских канцелярий, уже больше не дает себя ощущать.


vii-poluchenie-zaklyucheniya-ekspertizi-materialov-o-provedenii-klinicheskogo-ispitaniya-lekarstvennogo-sredstva.html
vii-poryadok-oformleniya-dokumentov.html
vii-poryadok-peredachi-dokumentov-na-hranenie-v-arhiv-instrukciya-po-deloproizvodstvu-v-ministerstve-stroitelstva.html